В голове моей опилки, кричалки, вопилки и тонны кодексов.
Мне так тесно под зимним небом,
Что, надеясь поймать волну,
Я когда-нибудь выйду за хлебом
И случайно покину страну.


Звонила я, звонила два дня истерично своему коллеге, чтобы узнать, как там поживает наше потерявшееся в очумелых ручках почты России дело, и тут внезапно узнаю, что он уже радостно валяется в Турции, подставив аристократически бледное туловище жаркому солнышку. Ладно, думаю, бывает. Сама могу сорваться и ускакать в неведомые дали по зову сердца и возможностям кошелька. Благословляю его на алкогольные и эротические подвиги и с чистым сердцем кладу трубку.

А вот потом меня ждал сюрприз. Видимо недооценила я степень пламенной любви моего коллеги к работе, ибо с собой в Турцию он забрал ДОВЕРЕННОСТЬ по делу, в котором сроки у нас еще не горят, но уже с шипением прилипают ко дну сковородки. В Турцию! Доверенность! Ответа на вопрос "зачем" я так и не получила, и вопрос плавно переехал в ряд риторических.

Не могу даже ругаться, ибо до сих пор ржу как довольный жизнью конь.

Лосось предположил, что коллега решил загнать туркам доверенность под видом секретного документа. Да пусть хоть так, все прибыль фирме.

@темы: самый лучший в мире начальник - это я.